Мара Уварова

художник, сценограф, режиссер

Мара Уварова родилась в 1982 году в Москве в семье художников Георгия Уварова и Мары Даугавиете.

  • Окончила Краснопресненскую художественную школу.
  • В 2001 году окончила МГАХУ по специальности «Дизайн среды».
  • В 2006 году окончила ГИТИС-РАТИ по специальности «Сценография». 
  • С 2011 года – член Московского союза художников, секции живописи.
  • В настоящее время учится на втором курсе магистратуры на режиссуре драмы в ИСИ.

В 2008 году создала театральную студию «Петровский парк» на приходе Благовещенского храма в Петровском парке в Москве. Ныне является её художественным руководителем. Студией поставлено более 20 спектаклей, многие из которых вывозятся на гастроли, участвуют в фестивалях.

Как художник Мара занимается живописью, графикой, росписью интерьеров и мебели, веб-дизайном, оформлением спектаклей. Работает в жанрах: натюрморт, пейзаж, портрет, станковая картина. Участвует в выставках, в том числе, за рубежом. Работы находятся в музеях и частных собраниях России, Латвии, Швейцарии, Великобритании.

Как режиссер занимается постановкой спектаклей и ведет занятия актерского мастерства в театральной студии «Петровский парк».

Мара художник в третьем поколении.

Ее дедушка — Владимир Циммерлинг — скульптор. Сайт: zimmerling.ru
Бабушка — Луция Даугавиете — скульптор и керамист. Сайт: balucka.ru
Мама — Мара Даугавиете — живописец. Сайт: maras-pictures.com
Папа — Георгий Уваров — живописец и автор кукол. Сайт: georgyuvarov.ru

 

На дипломную работу по сценографии по трагедии У.Шекспира "Король Лир". ГИТИС, 2006 год.

Проект находится здесь

Рецензия режиссера Т.Ахрамковой:

«Очень продуктивное и профессиональное постижение профессии. 

Не только осмыслить и сделать, но и способность рассказать профессиональным языком свой замысел, что ведет к творческой дисциплине мысли. Точный выбор и отбор выразительных средств сразу дает ощущение жанра.

В этом смысле «Король Лир» предстает как некий террариум: фактурные камни, раздвигающиеся рамки-порталы и ящерообразные костюмы. Сразу видится интересная актерская пластика и даже, вероятно, особая манера произнесения текста.»

Рецензия сценографа Т.Спасоломской: 

«Станок в "Короле Лире" огромное полуразрушенное чудище спрута из каменных глыб, присыпанных мукою, как вечной пылью времени. И кадрирование людских страстей на вселенском хаосе похожа на защелкивание створок фотоаппарата. Кадры. Кадры. И даже Стоун Хендж не помог со своей вселенской структурой разобраться в кадрах этой жизни. Просто развалился от времени... А люди ходят по кругу и слушают через телефоны историю. Так в Англии сейчас происходит для туристов. А потом они поедут домой делить наследство и подписывать контракты.» 

Рецензия художника М.Даугавиете:

«Циклопическое доисторическое сооружение – отсылка к древним камням Стоунхенджа. Действие, таким образом, относится к доисторическим временам: человек этого времени еще не цивилизован, идет борьба за выживание, за кров, пищу, за лишний клочок одежды, защищающий от пронизывающего холода «тьмы внешней», но с трудом, все-таки, прорастает добро и человечность. Ящероподобные доспехи дополняют концепцию.» 

 

На дипломную работу по сценографии по сказке Г.Х.Андерсена "Соловей". ГИТИС, 2006 год.

Проект находится здесь

Рецензия режиссера Т.Ахрамковой:

«"Соловей" Андерсена обладает всеми достоинствами замысла и его воплощения в макете, где каждая деталь не случайна. Пространство классического театра востока – комфортно и удобно для артиста и зрителя. Раздвигающиеся ширмы, светящиеся внутри интерьера фонарики, бамбуковый висячий мостик интересно членят пространство, создавая удобные уголки сцены для игры.»

Рецензия сценографа Т.Спасоломской: 

«В прекрасно выполненном макете найдено интересное сочетание устойчивого земного мира и воздушного зыбкого мостка над ним. Много забавного в костюмах, которые хорошо передают эпоху.»

 

В поле зрения попадают приятные глазу предметы, узнаваемые фрагменты. Потрёпанные временем книги, прижатые к стене рисунки, бумажные ангелы, веточки вербы. Из сумрака деликатно выглядывает стол с тяжёлой столешницей. Чуть дальше открывается таинственный интерьер с распахнутыми в соседние комнаты дверями. Кажется, этих комнат великое множество. В окне – залитый солнцем пейзаж. Пожилая женщина удит рыбу в тихой речке. Сюда пробираются садовые лилии, фиолетовый дельфиниум, поднятые на острых листьях кремовые шапки пионов.

То там, то здесь чувствуется присутствие большой семьи, уюта, спокойствия, тепла. Дети беззаботно возятся в куче песка, сам дом – старый, 200-летний, настолько велик, что не помещается в картину целиком. Сутуля высокую шиферную кровлю, он показывает крепкую бревенчатую стену. К дому тянутся ветви больших яблонь, над ним склоняются старые липы.

А дальше – в положенном порядке следуют кривые крымские сосны, причудливые бухты и островерхие скалы Южного берега, Соборная гора в Серпухове, монастырь в Малоярославце, обязательный Трубеж с храмом сорока Севастийских мучеников.

Основное занятие Мары Уваровой – сценография и режиссура, но далеко не всякий режиссёр и сценограф могут похвастать таким бэкграундом. Мара Уварова – внучка двух скульпторов (Луции Даугавиете и Владимира Циммерлинга), и дочь двух интереснейших московских живописцев (Мары Даугавиете и Георгия Уварова). Все ключевые моменты её жизни – детство, юность, материнство многократно запечатлены на картинах. Её сформировали стихии, сопутствующие изобразительным искусствам, и, что не менее важно, атмосфера домашнего театра. Мара восприняла этот язык как нечто само собой разумеющееся, заговорила на нём абсолютно естественно, быть может, не до конца осознавая его особость. В волшебной игре, сказке, придуманной родителями, нужно ещё найти своё место, сыграть свою роль, не остаться простым зрителем. Требование непреложно, но необязательно к исполнению.

В этом контексте живопись Мары Уваровой – разная по темам и жанрам, непринуждённая по исполнению, лёгкая в силу отсутствия какой-либо заданности, внешней по отношению к ней цели – открывается как опыт вопрошания. Есть ли выход за границы этой целостной, замкнутой в себе вселенной?..

 

4 апр. 2020 г.

Илья Трофимов

 

 

Работа художника в театре имеет свою специфику: подчинение режиссеру, как главному, соблюдение условий и возможностей данного театра – его сцены, его бюджета, наличных исполнителей. Хотя художник, конечно, мечтает увидеть свои эскизы воплощенными на сцене, все же, при реализации замысла, ему приходится мириться с несовершенным результатом. Наоборот, фантазия художника, создающего свой концептуальный спектакль, фактически ничем не ограничена. Воплощение замысла зависит здесь только от возможностей самого художника: его владения материалом, его личностной глубины, тонкости его вкуса. Вот что думает об этом сама Мара Уварова: «В театральных работах, даже не реализованных на сцене, запечатлевается концепция театрального действа, протяженного во времени».

Художник в этом случае «сам себе режиссер» – его идея понимания спектакля должна передаться зрителю. Его художественное умение дает объективное бытие пьесе, реализует замысел, организует пространство, решает колорит спектакля, вызывает у зрителя ассоциации и обобщения. Поэтому театральные эскизы могут экспонироваться как самостоятельные произведения. Вдумчивый, подготовленный зритель на выставке - может представить себя зрителем в театре.

Подробнее: Мара Уварова в театре

Проект Мары Уваровой «Фестиваль итальянской музыки - "Музыка на воде"», организованный на берегах реки.

Артисты и музыканты находятся на специально выстроенной конструкции, напоминающей классическую итальянскую архитектуру, затянутой принимающей проекции материалом, а также на ладьях. Зрители располагаются по берегам реки. Изометрический вид проекта выполнен в технике масляной лаковой живописи (работа многократно выставлялась и получала премии), разрезы - в графике, макет - в белой бумаге.

Проект был запечатлен, также, в виде росписи на деревянной подвижной панели в московской квартире Дрязжиных.